Feeds:
Записи
Комментарии

***

Хоть глазами памяти
Вновь тебя увижу,
Хоть во сне, непрошено,
Подойду поближе.

В переулке узеньком
Повстречаю снова.
Да опять, как некогда,
Не скажу ни слова.

Были беды школьные,
Детские печали
Были танцы бальные
В физкультурном зале.

Были сборы, лагери,
И мечты, и шалость.
Много снега стаяло,
Много и осталось.

С первой парты девочка,
Как тебя забуду?!
Что бы ты ни делала,
Становилось чудом.

Отвечаешь у доски
Не урок, а сказка,
Мне волшебной палочкой
Кажется указка.

Ты бежишь, и лестница
Отвечает пеньем,
Будто мчишь по клавишам,
А не по ступеням.

Я копил слова твои,
Собирал улыбки
И на русском письменном
Допускал ошибки.

Я молчал на чтении
В роковой печали,
И моих родителей
В школу вызывали.

Я решал забыть тебя,
Выносил решенье,
Полное великого
Самоотреченья.

Я его затверживал,
Взгляд косил на стены.
Только не выдерживал
С третьей перемены.

Помнишь детский утренник
Для четвертых классов?
Как на нем от ревности
Не было мне спасу.

Как сидела в сумраке
От меня налево
На последнем действии
«Снежной королевы»?

Как потом на улице:
Снег летит, робея,
Смелый от отчаяния,
Подхожу к тебе я.

Снег морозный сыплется,
Руки обжигает,
Но, коснувшись щек моих,
Моментально тает.

Искорками инея
Вспыхивают косы.
Очи удивляются,
Задают вопросы.

Только что отвечу им,
Как все расскажу я?
Снег сгребаю валенком,
Слов не нахожу я.

Ах, не смог бы, чувствую,
Сочинить ответ свой,
Если б и оставили
На второе детство.

Если б и заставили,
Объяснить не в силе.
Ничего подобного
Мы не проходили.

В переулке кажется
Под пургой взметенной
Шубка горностаевой,
А берет — короной.

И бежишь ты в прошлое,
Не простясь со мною.
Королева снежная,
Сердце ледяное…

Ночи безумные, ночи бессонные,
Речи несвязные, взоры усталые…
Ночи, последним огнем озаренные,
Осени мертвой цветы запоздалые!

Пусть даже время рукой беспощадною
Мне указало, что было в вас ложного,
Все же лечу я к вам памятью жадною,
В прошлом ответа ищу невозможного…

Вкрадчивым шепотом вы заглушаете
Звуки дневные, несносные, шумные…
В тихую ночь вы мой сон отгоняете,
Ночи бессонные, ночи безумные!

Я давно спросить тебя хотела:
разве ты совсем уже забыл,
как любил мои глаза и тело,
сердце и слова мои любил…

Я тогда была твоей отрадой,
а теперь душа твоя пуста.
Так однажды с бронзового сада
облетает поутру листва.

Так снежинки — звездчатое чудо,
тонким паром улетают ввысь.
Я ищу, ищу тебя повсюду,
где же ты? Откликнись, отзовись.

Как мне горько, странно, одиноко —
в темноту протянута рука.
Между нами пролегла широко
жизни многоводная река.

Но сильна надежда в человеке,
я ищу твой равнодушный взгляд.
Все таки мне верится, что реки
могут поворачивать назад.

В разлуке

Расстались гордо мы;  ни словом, ни слезою
Я грусти признака тебе не подала.
Мы разошлись навек…  но если бы с тобою
Я встретиться могла!

Без слез, без жалоб я склонилась пред судьбою.
Не знаю: сделав мне так много в жизни зла,
Любил ли ты меня… но если бы с тобою
Я встретиться могла!

                    Екатерине Григорьевой

Отлетим на года, на века,—

Может быть, вот сейчас, вот сейчас

Дымно-огненные облака

Проплывут под ногами у нас.

 

И вернемся, вернемся опять

Хоть на час, хоть на десять минут.

Ничего на Земле не узнать,

В нашем доме другие живут.

 

В мире нашем другие живут,

В море нашем — не те корабли.

Нас не видят, и не узнают,

И не помнят, где нас погребли.

 

Не встречают нас в прежнем жилье

Ни цветами, ни градом камней,—

И не знает никто на Земле,

Что мы счастливы были на ней.

Средний возраст

А где-то там, куда нам не вернуться
В далеком детстве, в юности, вдали,—
По-прежнему ревнуют, и смеются,
И верят, что прибудут корабли.

У возраста туда не отпроситься,—
А там не смяты травы на лугу,
И Пенелопа в выгоревшем ситце
Всё ждет меня на давнем берегу.

Сидит, руками охватив колено,
Лицом к неугасающей заре,
Нерукотворна, неприкосновенна,—
Как мотылек, увязший в янтаре.

И куда он подался, беспутный?
В нашем крае неплохо живут.
Уезжает мой друг
На попутной
«За туманом», как нынче поют.
Из транзистора
Песенки льются,
И бежит за верстою верста…
Друг мой, друг,
Не забудь оглянуться, —
За холмами — родные места.

Люди много мне болтали
О тебе добра и худа;
Но на все пустые толки
Я  презреньем отвечала.
Пусть кричат, что им угодно,
Про себя я говорила,
Мне всю правду сердце скажет:
Лучше всех оно сумеет
Различить добро и худо.
И с тех пор, как полюбила
Я тебя, прошло не мало
Дней веселых и печальных;
Разгадать же и теперь я
Не могу, как ни стараюсь,
Что′ в тебе я так любила;
То ли, что хвалили люди,
Или то, что осуждали?.

Дорогая пропажа

Самой нежной любви наступает конец,
Бесконечной тоски обрывается пряжа…
Что мне делать с тобою, с собой, наконец,
Как тебя позабыть, дорогая пропажа?

Скоро станешь ты чьей-то любимой женой,
Станут мысли спокойней и волосы глаже.
И от наших пожаров весны голубой
Не останется в сердце и памяти даже.

Будут годы мелькать, как в степи поезда,
Будут серые дни друг на друга похожи…
Без любви можно тоже прожить иногда,
Если сердце молчит и мечта не тревожит.

Но когда-нибудь ты, совершенно одна
Будут сумерки в чистом и прибранном доме,
Подойдешь к телефону, смертельно бледна,
И отыщешь затерянный в памяти номер.

И ответит тебе чей-то голос чужой:
«Он уехал давно, нет и адреса даже».
И тогда ты заплачешь: «Единственный мой!
Как тебя позабыть, дорогая пропажа!»

Никогда ни о чем не жалейте вдогонку,
если то, что случилось, нельзя изменить.
Как записку из прошлого, грусть свою скомкав,
с этим прошлым порвите непрочную нить.

Никогда не жалейте о том, что случилось.
иль о том, что случиться не может уже.
Лишь бы озеро вашей души не мутилось
да надежды, как птицы, парили в душе.

Не жалейте своей доброты и участья.
если даже за все вам — усмешка в ответ.
Кто-то в гении выбился, кто-то в начальство…
Не жалейте, что вам не досталось их бед.

Никогда, никогда ни о чем не жалейте —
поздно начали вы или рано ушли.
Кто-то пусть гениально играет на флейте, —
но ведь песни берет он из вашей души.

Никогда, никогда ни о чем не жалейте.
Ни потерянных дней, ни сгоревшей любви.
Пусть другой гениально играет на флейте,
но еще гениальнее слушали вы.

Как любили, друг друга любили!
Кругом шла от любви голова!
А расстались — друг друга забыли,
и пожухли признаний слова.
Тем странней, тем чудней, тем нежданней
получить от тебя письмецо…
На бумаге — на белом экране —
проступает, как омут, лицо.
Может, мужниной фразою резкой
за живое задетая, ты
вдруг припомнила, как бы в отместку,
наши встречи и наши мечты?
Может, в жизни размеренно-чайной,
среди трезвости, хобби и книг,
я, отчаянный и не случайный,
словно песня о воле, возник?
Может, просто в печали великой,
что не вечно пылать добела? ..
Ах, какой ты была луноликой,
ах, какою красивой была!
…Написала и стала степенной,
мужа чмокнула бегло в висок,
не считая нисколько изменой
эти десять незначащих строк.